Email:
Пароль:

Технология влияния (Вестник НАУФОР №10)

НАУФОР провела в рамках форума «FINOPOLIS 2017» круглый стол, посвященный вопросам трансформации деятельности брокеров под влиянием новых технологий

Обсуждались связанные с внедрением новых технологий вызовы для Банка России и профучастников; основные тенденции в развитии дистанционных сервисов; трансформации в моделях бизнеса участников рынка ценных бумаг; влияние и взаимное проникновение технологий из смежных отраслей.

Участники: Андрей Алетдинов (управляющий, брокерская компания БКС); Иван Басов (главный аналитик, ассоциация «Финтех»); Роман Горюнов (президент НП РТС); Мария Гусева (старший менеджер практики финансовых услуг, Accenture); Владислав Кочетков (президент инвестиционного холдинга ФИНАМ); Ольга Шишлянникова (первый зам.директора департамента рынка ЦБ и товарного рынка); Олег Янкелев (управляющий партнер, FinEx Capital management). Модератор - Алексей Тимофеев.

Алексей Тимофеев, президент НАУФОР: Дорогие друзья, уважаемые коллеги, позвольте начать нашу сессию. Перед тем как представлю спикеров, хотел бы сказать пару слов вот о чем: начало конференции получилось весьма вдохновляющим. Оно дало мне возможность смелее формировать повестку нашей дискуссии и обсуждать не просто детали. Мне кажется, у нас сейчас есть отличная возможность поговорить с участниками, как они видят трансформацию финансовой индустрии, какие тенденции технологического характера могут и будут влиять на рынок, на институты. Могут ли эти тренды привести к исчезновению каких-то финансовых институтов, заставят ли заново переосмыслить роль и функции различных участников рынка ценных бумаг.

Первой хотел бы предоставить слово Марии Гусевой, потому что компания Accenture занимается управленческим консалтингом. Выявление тенденций - это именно то, чем они занимаются, чтобы лучшим образом помогать своим клиентам, которыми являются 14 из 15 крупнейших мировых банков. Мария, какие тенденции вы бы выделили?

Мария Гусева, старший менеджер практики финансовых услуг, Accenture: Спасибо за возможность начать обсуждение. Нашу панель предложила бы начать с глобальных трендов, поскольку наша компания - не только консалтинговый, но и технологический лидер. Так вот, следует признать, что тренды, которые движут сейчас цифровую и промышленную революцию, определяют развитие, в том числе, и финансового рынка. Срабатывает кумулятивный эффект одновременного созревания нескольких групп технологий. Это, во-первых, мобильные технологии, во-вторых, технологии биг дата, и в-третьих, искусственный интеллект, алгоритмизация различных решений, в том числе, инвестиционных (своего рода алгоритмическое инвестирование). Это уже существующие технологии.

Параллельно с их развитием идет созревание совсем новых технологий, из них выделила бы три группы наиболее важных. Это, во-первых, когнитивные технологии (распознавание речи и тому подобное). Во-вторых, облачные технологии, которые могут существенно поменять подходы к бизнесу. И в-третьих, блокчейн, который может поменять и технологии, и набор инвестиционных инструментов.

Влияние этих технологий - и уже развитых, и активно развивающихся - приводит к тому, что большинство игроков вынуждено меняться по всем измерениям. Во-первых, по линии взаимодействия с клиентами: здесь и новые возможности самообслуживания, и виртуализация общения с финансовым советником. Вторая линия - это продукт как таковой. Клиенты ждут очень простого и целостного продуктового предложения, с хорошо заметными результатами. И этот продукт должен быть персонализирован под клиента.

Вопрос состоит в том, как разные игроки будут реагировать на эти вызовы. Мы увидим два направления изменений. Первая волна изменений уже случилась, она определяла рынок последние лет 15: это построение собственных платформ и полноценных бизнесов. Вторая волна новая, ее суть - переход от индустрии собственных платформ к b2b экономике, когда сервис для клиента выстраивается как слоеный пирог из бизнес-моделей разных участников. Как партнерство, как сотрудничество.

Эта волна сильно изменит бизнес уже в ближайшие несколько лет. Мы увидим попытку играть и в ту, и в другую игру.

Алексей Тимофеев, президент НАУФОР: Какими будут эти новые игроки? Случится ли замена финансовых организаций на ИТ-бизнесы? Произойдет ли исчезновение каких-то профессий? Или подобные прогнозы безосновательны?

Мария Гусева, старший менеджер практики финансовых услуг, Accenture: Существуют прогнозы, согласно которым к 2020 году порядка 35% доли рынка уйдет новым альтернативным игрокам, использующим новые модели бизнеса. Но даже остальные 65% - тоже переживут серьезную трансформацию. Она будет происходить по нескольким направлениям. Дигитализация даст возможность многое упростить, автоматизировать, упрощение даст существенное снижение затрат, которое, в свою очередь, даст возможность фондировать разработку дальнейших цифровых изменений. Цифровая трансформация даст и рост доходов, и удержание доли рынка.

Алексей Тимофеев, президент НАУФОР: Хотел бы подключить к этому разговору Владислава Кочеткова. Происходит ли сейчас революция на фондовом рынке? Что будет делать брокер, если завтра в результате технической революции и снятия барьеров доступа на рынок к нему в компанию придет пара миллионов новых клиентов? Готов ли брокер справиться с большим количеством клиентов на сегодняшней технологической базе, нет ли оснований для перезагрузки рынка?

Владислав Кочетков, президент инвестиционного холдинга ФИНАМ: С точки зрения инфраструктуры в России ни брокеры, ни биржи не готовы обслужить 2 млн клиентов. Думаю, что даже и при 1 млн клиентов упадет любой брокер. Но эта проблема решается не радикальной перестройкой, а обычным масштабированием бизнеса. Как только к нам придет новая волна клиентов, мы вложимся в развитие инфраструктуры - и после этого станем готовы принять еще одну волну.

Преставления о фондовом рынке у брокеров и у ИТ-компаний далеко не идентичны. Брокеры сами делают многие продукты инхаус, поскольку отдавать их разработку на сторону - очень дорого. В компании «Финам» примерно 40% штата - это разработчики.

Алексей Тимофеев, президент НАУФОР: Здесь в зале присутствует Владимир Курляндчик.

Владислав Кочетков, президент инвестиционного холдинга ФИНАМ: Думаю, он тоже страдает от роста цен. Но все это немного уводит нас в сторону. Хочу сказать основное: российский брокер - одновременно является также и ИТ-компанией. Основной объем профильных профессиональных финтех-разработок тоже генерируют российские брокерские дома. Стартапы дают мало интересных проектов. Сами брокеры генерируют значительно больше интересного. А также творчески заимствуют на Западе.

Алексей Тимофеев, президент НАУФОР: Можно ли как-то прокомментировать дистанционное открытие счетов? Каковы результаты?

Владислав Кочетков, президент инвестиционного холдинга ФИНАМ: Дистанционное открытие счетов - это революция, которая уже стала привычной. На прошлой неделе Олег Михасенко публично заметил, что дистанционное открытие счета является базой для любого стартапа. Наверное, единственно исключение - совместный проект компании БКС и банка «Тинькофф», где для подписания документов посылают курьера. Удаленное открытие меняет рынок. Ожидаем за счет появления этой возможности существенного роста открытых новых счетов.

Прежде доля клиентов из двух городов - Москва+Петербург - превышала в нашей базе 50%. После появления возможности удаленного открытия счета этот показатель изменился: московские клиенты - 29, питерские - 7%. Происходит регионализация клиентской базы. Прирост происходит за счет Башкирии, Татарстана, Ростовской, Нижегородской области, ЯНАО и еще ряда крупных регионов. В ряде регионов с растущей базой клиентов доступность брокерских услуг невелика, но Интернет там есть. И он дает доступ к финансовым рынкам. Большинство клиентов, приходящих через удаленный доступ - мужчины. Но я бы не придавал этому факту чересчур много значения. Вполне возможно, что открытие счета происходит на имя мужчины, а реально управляет счетом жена . Стоит отметить, что и размер счета у женщин больше, как правило.

Далее, среди тех, кто открывает счета онлайн, самая многочисленная клиентская страта- 25% - это клиенты в возрасте от 30 до 35 лет. Причем при классическом инвестировании самая многочисленная возрастная группа - люди в возрасте от 45 до 50. Таким образом, приход удаленного доступа способствовал омоложению клиентской базы. Это довольно интересно.

Удаленный доступ - это основа, а на него накладывается большое число других программ, которые развиваются достаточно активно.

Неизбежно будет происходить некоторая маркетплейсизация рынка. Те же самые банки, которые хотят увеличить комиссионный доход, готовы активно продавать инвестиционные услуги. Причем речь идет о довольно крупных банках. Интересны эти возможности и таким игрокам, как сотовые операторы и платежные системы. И, наконец, к новым возможностям проявляют интерес интернет-медиа, у компании «Финам», например, есть успешный проект с сайтом Банки.ру. Это дает и дополнительную монетизацию, и увеличивает проникновение фондового рынка.

Алексей Тимофеев, президент НАУФОР: Нет ли ощущения, Владислав, что привлечение граждан происходит медленно? Мы в НАУФОР, скажем, рассчитывали, что возможность работать через ИИС поможет привлекать больше людей, которые являются вкладчиками банков.

Владислав Кочетков, президент инвестиционного холдинга ФИНАМ: Даже исходя из текущих мощностей, увеличение базы клиентов фондового рынка могло бы быть раз в 5 больше. Но наш клиент консервативен. Он держит деньги либо в кредитном учреждении, либо под подушкой. И присматривается к возможностям фондового рынка постепенно. Более продвинутая и более склонная к риску аудитория уже сейчас идет на фондовый рынок. Кстати, забавный факт: люди, склонные к риску, вначале совершают операции с акциями. А на втором этапе начинают интересоваться ОФЗ. Этот инструмент привлекает их надежностью. Растет интерес и к еврооблигациям.

У основных ритейловых игроков (судя по статистике Московской биржи) привлечение растет. Если тенденция сохранится - а с чего бы ей меняться - то через пару лет рынок сможет выйти на неплохие показатели. И это позволит эволюционно модернизировать инфраструктуру. Именно эволюционно. Эволюционное развитие, в свою очередь, позволит брокерам нарастить мощности, принять новых клиентов. А также создать новые продукты: например, нормальные биржевые структурные продукты, консервативные стратегии автоследования и так далее.

Конвергенция бизнес-моделей УК и брокера будет в этих условиях происходить неизбежно. Причем со стороны клиента будет востребована модель, которая является чем-то средним между брокером и управляющим.

Алексей Тимофеев, президент НАУФОР: Андрей, не мог бы ты поделиться своим мнением по обсуждаемому кругу вопросов?

Андрей Алетдинов, управляющий, брокерская компания БКС: Да, мы ждем прихода в нашу компанию миллиона клиентов, готовимся к такой возможности. Брокер - это действительно ИТ-компания, как сказал Владислав Кочетков. Но вся совокупность новых факторов (которые мы здесь сейчас обсуждаем) приведет к тому, что брокерам придется менять не только софт, но и бизнес-модели. С увеличением числа клиентов неизбежно будет падать средний чек. Это означает, что нужно думать, как удешевить процесс. Мы сейчас, при помощи партнеров строим такую биг-дату, которая позволит производить кластеризацию клиентов уже на входе. Когда клиент еще только впервые звонит, а мы уже понимаем, что можем ему предложить. Вот такая стоит задача, и мы движемся к ее выполнению.

Сейчас уже мало просто давать клиенту доступ к рынку, ему следует предлагать экспертизу. И советы должны быть персонифицированы. Наша база данных, основанная на знании рынка, позволит понять, что именно нужно предлагать клиенту в конкретные моменты его жизненного цикла.

Именно в этом направлении мы развиваемся. В этом движении необходимо также предусматривать и технологические изменения. Если говорить о привлечении большого количества клиентов, то софт для клиентов должен быть простым.. Поэтому мы пошли по пути создания собственного фронт-офиса. Он должен гибко реагировать на изменения, на желания клиента. Технология создания ПО должна поддерживать эту гибкость. Потому что мелочей в зоне действия больших чисел не бывает: если мелочь может отпугнуть несколько тысяч клиентов, то это совсем не мелочь. И об этом надо думать уже сейчас.

Алексей Тимофеев, президент НАУФОР: кто этот новый инвестор, для которого так важен дружественный интерфейс? Он рассчитывает в значительной степени на автоматизацию доверительного управления - или это самостоятельный, склонный к риску клиент брокера?

Андрей Алетдинов, управляющий, брокерская компания БКС: Мы видим приток и тех, и других типов клиентов. Но все-таки тех, кто хочет контролировать все действия финансовой структуры, намного больше. Хотя определенные элементы доверительного управления нужны и им. Быть мегааналитиком и профессионально разбираться в рынке -для непрофессионала нереально.

Алексей Тимофеев, президент НАУФОР: Не хочет ли высказаться Олег Янкелев? Олег, ты утвержаешь, что компания FinEx единственная в России предложила полноценного робоэдвайзера, в соответствии с западными стандартами. Прокомментируй, пожалуйста.

Олег Янкелев, управляющий партнер, FinEx Capital management Алексей, спасибо за промоушен. Прежде чем ответить на поставленный вопрос, хотел бы сделать небольшой комментарий. Владислав сказал, что среди новых клиентов брокера доминируют мужчины, то есть, налицо гендерная диспропорция. Это вполне коррелирует с известным фактом, что мужчины являются более самоуверенными инвесторами, а женщины - более успешными. Если вы знакомы со статистикой робоэдвайзинга, то знаете, что там гендерного доминирования нет, пропорция примерно 50:50.

Это свидетельствует о том, что робоэдвайзинговые стратегии подходят существенно большему количеству инвесторов.

Возвращаясь к вопросу. Наша команда реально является пионером робоэдвайзинга в России. Когда мы только начинали обсуждать перспективы этого направления в России, то комментарии со стороны были чрезвычайно скептическими. Но спустя некоторое время идея робоэдвайзинга была подхвачена и брокерами, и управляющими, и просто компаниями, не имеющими лицензий профучастника фондового рынка. Сейчас о создании собственного робоэдвайзера не говорит только ленивый. Но, к сожалению, большинство продуктов, позиционирующихся как робоэдвайзинг, таковыми не являются. Они используются исключительно в маркетинговых целях.

Термин «робоэдвайзинг» говорит сам за себя. Это автоматизированная услуга, используемая в целях доверительного управления. Первые робоэдвайзеры давали клиентам рекомендации по выбору конкретных инвестиционных инструментов. Такого рода проекты и сейчас доминируют на российском рынке. На следующем этапе к ним добавились стратегии, позволяющие создавать определенные портфели. Процесс перебалансировки при этом оставался на стороне клиента. И только в последние несколько лет появились полноценные робоэдвайзеры, в составе которых предусмотрета автоматическая ребалансировка портфеля.

При этом ведется много дискуссий на тему, требуют ли робоэдвайзеры дополнительного регулирования. На мой взгляд, скорее нет, поскольку робоэдвайзинг - это всего лишь новый способ доставки уже известной услуги доверительного управления массовому клиенту. С этой точки зрения любая компания, обладающая лицензией на доверительное управление и фидуциарными обязательствами перед клиентами, имеет право оказывать такого рода услугу. Тогда как для брокера оказание такого рода услуги - это не совсем правильно. Бизнес брокера предполагает в основном экзекьюшен. Брокер выигрывает, если клиент делает операции часто. Но клиент при этом проигрывает.

С HFT - та же закономерность, такие выводы позволяет делать соответствующая статистика.

Владислав Кочетков, президент инвестиционного холдинга ФИНАМ: Тарифные модели брокера меняются. Нет задачи зарабатывать именно на том, чтобы побуждать клиента совершать частые транзакции. Брокеры постепенно приходят к взиманию комиссий от СЧА, спекулятивная часть клиентской базы не бесконечна.

Олег Янкелев, управляющий партнер, FinEx Capital management Автоследование, social трейдинг - это истории крайне опасные. Малоэффективные для клиента.

Владислав Кочетков, президент инвестиционного холдинга ФИНАМ: Иными словами, эффективен только робоэдвайзинг, по вашему мнению. Но нет, не соглашусь: такой сегмент рынка, как автоследование не является игрой с нулевой суммой. Это нормальный бизнес, на этом зарабатывают хорошие люди, вы что?

Алексей Тимофеев, президент НАУФОР: А много ли клиентов сейчас интересуются криптовалютой?

Владислав Кочетков, президент инвестиционного холдинга ФИНАМ: Запросы такие действительно есть, их не очень много. Клиенты понимают, что этот инструмент пока недоступен лицензированному брокеру. Но тему эту народ изучает очень активно.

Алексей Тимофеев, президент НАУФОР: Роман Горюнов сейчас удивится, но я спрошу его совсем не о криптовалюте.

Роман Горюнов, президент НП РТС: Я как раз абсолютно готов поговорить о криптовалюте. (Смех в зале).

Алексей Тимофеев, президент НАУФОР: Отлично. (Смеется). Но я предложил бы вернуться к тем вопросам, с которых мы начинали обсуждение.

Роман Горюнов, президент НП РТС: У меня есть плохая новость. Не вижу ни одной причины, которая мешала бы ИТ-компаниям стать самостоятельными игроками фондового рынка. На самом деле, те из них, кто имеет мало-мальски приемлемый трафик, таковыми в обозримом будущем и станут. В контексте предоставления доступа к рынку вообще смешаются все категории - банк, брокер, УК, инвестиционный советник. Роль посредников потеряется, ими станут игроки, имеющие хороший трафик. Они будут предоставлять эдвайзинг, стратегии. Будут помогать людям ориентироваться в огромном мире финансовых инструментов. Это огромный вызов для всех: для регулятора, инфраструктуры, игроков рынка.

Число уникальных посетителей сайта Московской биржи в августе 2017 года составило 1 млн (при этом российский трафик - 74%). Число уникальных российских посетителей сайтов иностранных бирж за тот же период - 3 млн. Мы должны понимать масштаб того, что происходит в индустрии.

Российские участники фондового рынка много раз проигрывали конкуренцию глобальным рынкам по тем или иным продуктам, а потом долго и мучительно рынок возвращали. Примеры всем известны. Текущая ситуация тоже может разрешиться двумя способами. Либо все самоликвидируется, либо тот же блокчейн поменяет индустрию кардинально. Но особенность нынешней ситуации в том, что юрисдикции, которые сейчас сформируют у себя рынок, потом его обратно не отдадут. Государство должно определить, что делать в этой ситуации, как на нее реагировать.

Ну и пару слов о криптовалютах. Влад Кочетков тут сказал, что криптовалюты было бы правильно запретить. Наверное, дальше он должен был сказать: «для операций с криптовалютой добро пожаловать к нам на Кипр».

Владислав Кочетков, президент инвестиционного холдинга ФИНАМ: В криптовалюту россияне уже инвестировали больше 1 млрд долларов. Эти деньги уже ушли из отечественной экономики. Это немного обидно.

Алексей Тимофеев, президент НАУФОР: Позволю себе такой вопрос. В какой степени интерес к криптовалюте связан с регулированием этой сферы?

Роман Горюнов, президент НП РТС: Мое личное ощущение таково. Суть того, что сейчас происходит, заключается в том, что в некоторой степени все глобальные регуляторы некоторое время назад сошли с ума, особенно после 2008 года, когда на них возложили ответственность за кризис. Гайки в вопросах регулирования новых продуктов закручены настолько, что предложение таких продуктов стало уделом очень узкого круга посредников. А с другой стороны, возникли ограничения в обратную сторону, то есть осложнились покупки для инвесторов. Никакой продукт нельзя сделать и ничего нельзя купить. Такое положение - ответ общества на ситуацию, когда каждый человек может стать финансовым инженером и выпустить финансовый продукт.

Ни один посредник не нужен - вообще. У меня есть друг, который не знал про блокчейн ничего и за один день выпустил токен, привязанный к 50 граммам виски. Этот случай показывает уровень доступности того, что можно сделать в рамках криптовалюты. То есть, с одной стороны, имеется масса возможностей для финансового инжиниринга, а с другой стороны, налицо доступность для инвесторов. Ничего особенного не надо, нажал две кнопки смартфона - и все случилось. В этом и заключается прямая причина того, что сейчас происходит на финансовом рынке. Понятно, что продолжаться долго это не может. Сейчас построена система с ключевой задачей - защиты инвестора. Абсолютная бесконтрольность имеет обратную сторону. Масса людей потеряет деньги, не столько в биткоине, сколько в ICO. Регуляторы должны как-то реагировать на происходящее. Можно, конечно, запрещать все. Но эффективнее было бы ввести разумное регулирование, без ограничений развития финтеха, иначе технологии начинают развиваться сами по себе, а нежелание регулятора их упорядочить останется тоже самим по себе.

Алексей Тимофеев, президент НАУФОР: Думаю, что позиция Банка России в этом и заключается - в осторожном подходе к оценке реальных процессов. Если эта оценка будет сформирована скоро, то мы ничего не потеряем.

Роман Горюнов, президент НП РТС: Наверное. Но проблема не в регулировании Банка России. Опыт показывает, что в России самое эффективное регулирование появлялось уже после того, как возникали конкретные рынки. Я не знаю ни одного примера обратного: когда сначала бы появилось регулирование, а уж потом - какие-то рынки.

Владислав Кочетков, президент инвестиционного холдинга ФИНАМ: Есть такой пример - цивилизованный российский рынок форекс.

Роман Горюнов, президент НП РТС: Опционами в России торговали за 15 лет до описания соответствующего инструмента в Налоговом кодексе и прочих процедур. И только через 15 лет опционы вписали в нормальное регулирование, что не мешало им все это время торговаться, причем на организованных площадках.

Олег Янкелев, управляющий партнер, FinEx Capital management: Полностью с тобой согласен - это общемировая тенденция, а в части регулирования инструментов привлечения капитала ничего менять не нужно. Наилучшая позиция сейчас продемонстрирована Центральным банком Швейцарии, который предлагает применять к приобретению в рамках ICO существующее законодательство. Потому что регулятора должны волновать две вещи: во-первых, защита инвестора (причем в настоящее время инструментов такой защиты достаточно) и, во-вторых, происхождение денег. Если в отношении средств произведен стандартный процесс, а инвестиционный меморандум предполагает необходимые процедуры защиты прав инвесторов, то не думаю, что здесь нужно дополнительное регулирование.

Роман Горюнов, президент НП РТС: В наших условиях есть понимание того, что если сейчас ты, проведя ICO, далее конвертируешь эти деньги и заведешь их на счет, то достаточно скоро к тебе придут сотрудники определенных органов, которые скажут, что операции подозрительны и могут быть связаны с финансированием терроризма.

Хорошо бы занять в этом вопросе наблюдательную позицию, но для этого ее надо занять везде.

Алексей Тимофеев, президент НАУФОР: Ольга Шишлянникова, как мне казалось, хотела прокомментировать регулирование новых рынков. Уверен, у нее есть что сказать.

Ольга Шишлянникова, первый зам.директора департамента рынка ЦБ и товарного рынка: Для меня обсуждаемое абсолютно не ново. Помню, еще на первом курсе юрфака в нашем вузе стандартно организовывали диспут на тему, что первично: экономика или право. И даже тогда, в специфических советских условиях, в основном все-таки склонялись к тому, что первичной должна быть экономика. Я вот сейчас долго слушала обсуждение и удивлялась: надо же, в кои-то веки [выступающие] не апеллируют к регулятору. А потом поняла почему. Банк России сделал благо для рынка: мы пока его не регулировали, дали возможность развиваться естественным способом. Мне кажется, что вообще все новое вначале должно развиваться естественным способом, вне законодательных ограничений.

Мне кажется, что и в части финтеха должны применяться так называемые песочницы, и, хотя пока в России такого режима не существует, мы стараемся наблюдать за этим процессом.

В то же время я согласна с предыдущими выступающими, что клиентам неважно, как именно в плане технологий им оказывают ту или иную услугу. Если агент оказывает клиенту услугу по реализации поручений или по доверительному управлению, то должен это делать в определенном порядке, соблюдая определенные принципы. Поэтому развитие финтеха пока не сподвигло регулятора на какие-то большие изменения.

Летом мы изучали результаты опроса финансовых компаний и узнали, что в приоритете у них - шесть направлений. Облачные технологии, блокчейн, роботизация, бигдата, кибербезопасность и мобильные технологии. Практически все они тут уже были названы, кроме разве что кибербезопасности. Мы ужаснулись, осознав, какое большое поле для регулирования возникает. Хотя в настоящий момент в области регулирования финтеха мы, похоже, не так уж сильно отстали, особой необходимости догонять нет.

При этом, скажем, в регулировании технологий биг-дата мы особо помочь участникам не можем. Единственное, чего от нас здесь ждут - это предоставления доступа к информационным государственным ресурсам. Процесс этот идет медленно и пока, в основном, в отношении кредитных организаций. Но к финалу, я надеюсь, мы поймем, что такой доступ нужен не только банкам,но и другим категориям участников.

Если говорить о следующей области - облачных технологиях. Мы давно перестали требовать наличия информации непосредственно в офисе и пока не создали профучастникам проблем для реализации облачных технологий, как нам видится. Единственное, чего здесь участникам рынка стоит ждать от регулятора- это развития аутсорсинга. Потому что облачные технологии явно потребуют этого. Хотя американский опыт говорит, что аутсорсинг нужно сокращать. Правда, там это связано не с развитием собственно финансового рынка, а скорее с миграцией, налогами. Но российский регулятор пока будет смотреть на аутсорсинг с положительной точки зрения.

Кибербезопасность. Заинтересованным участникам мы можем помочь только продвижением в сторону управления рисками. Возможно, этого и достаточно. Вот направление работы, которое мы здесь для себя видим - и пока, наверное, не более.

Гораздо более интересен блокчейн. Мне, правда, не вполне понятно, почему Роман приравнял криптовалюту к блокчейну. Блокчейн - это технология, а криптовалюта - это некий не очень понятный инструмент, с непонятными рисками и ценообразованием; по этой причине Банк России относится к нему крайне осторожно. Что касается блокчейна, то и представитель ассоциации ФинТех, я думаю, подтвердит, что этот вопрос нами активно поддерживается, регулятор видит тут массу вариантов применения. Это и применение при удаленной идентификации клиентов кредитных орагнизаций через ЕСИА, законопроект о которой пока тоже разрабатывается, но возможно, на выходе будет применяться не только в банках. Мы, конечно, видим возможность применения блокчейна и в отношении категоризации, наряду с применением технологий обработки больших данных. Мы за то, чтобы уже на стадии входа можно было не только идентифицировать клиента как конкретное физлицо, но и понимать его потребности, поддерживать их в актуальном виде. Блокчейн может применяться и в учетной инфраструктуре для учетно-расчетных операций. Хотя здесь, конечно, все несколько сложнее. Уже активно обсуждаются электронные закладные на блокчейне, а НРД нас недавно порадовал первым размещением облигаций с использованием блокчейна. Правда, журналисты немного приукрасили ситуацию, сказав, что в случае утраты данных можно будет не обращаться в суд за защитой, а тут же обновить сами данные. Это, конечно, желаемое, но пока не действительное - и возможно, это одно из направлений регулирования, о котором стоит подумать Банку России. Новые технологии позволяют задуматься и об основополагающих институтах гражданского права. Можно здесь еще вспомнить про центральный депозитарий: если бы мы во время его создания больше знали о блокчейне, то система была бы иной.

В то же время в разговоре о блокчейне возникает целый ряд проблем, связанных, в том числе, с нашими страновыми реалиями. Блокчейн строится на основе унифицированных бизнес-процессов. Мы все видели, как тяжело идет у нас стандартизация бизнес-процессов. При отсутствии такой стандартизации развитие блокчейна будет малоэффективным. Пока рынок не пойдет в направлении унификации, это не позволит реализовать плюсы блокчейна.

Роботизация. Про нее много говорили, возможны различные варианты применения этой технологии: это и автоследование, и автоэдвайзинг. Мы наблюдаем за развитием этих процессов, видим определенные проблемы. Для ЦБ пока вызовом является скорее надзор, чем регулирование. Нам надо научиться определять, как участники рынка работают над защитой прав клиентов в рамках платформ, которые они клиентам предлагают. В части регулирования мы больше надеемся на СРО, поскольку теперь есть такой замечательный инструмент, как базовые и внутренние стандарты. НАУФОР уже начал их обсуждение, в процессе которого регулятор, правда, пока не увидел со стороны профучастников] яркого желания стандартизироваться. Но соблюдение стандартов СРО] - это единственная возможность не получить регулирования от Банка России.

Алексей Тимофеев, президент НАУФОР: Мы на самом деле готовы. Это скорее связано с темой инвестиционного консультирования. Будем искать решения на этот счет до изменения законодательства, но законодательство нам бы помогло.

Ольга Шишлянникова, первый зам.директора департамента рынка ЦБ и товарного рынка: Ну и последнее - мобильные технологии. Это наше ближайшее будущее. Я это вижу даже не по себе, а скорее по своим детям. В этой области регулятор может зарегулировать немногое: может, это как раз хорошо и правильно. Определенные ниши для применения этих технологий у профучастников есть. Но будущее за такими форматами, которые дадут возможность сконцентрировать в этих технологиях все возможные финансовые услуги, а не только услуги брокера или доверительного управляющего. Скажем, клиенту банка не нравится, если ему приходится, помимо посещения банка, идти также к брокеру и т.д. Поэтому мне кажется, что развитие маркетплейсов и мобильных технологий должно стремиться к тому, чтобы предложить клиентам максимальный спектр услуг.

И такие технологии действительно должны ориентироваться на жизненные циклы потребителя.

Я тут вспомнила историю 2014 года, когда регулятор обсуждал с регистраторами новые лицензионные требования, относительно наличия определенного количества филиалов в разных субъектах. В то время, если бы мне предложили заменить это на требование наличия мобильного предложения, через которое можно было бы оформлять и подавать соответствующие поручения, то я бы отказалась именно от наличия филиалов. За мобильным форматом - будущее. И, возможно, сейчас мы от этого требования окажемся.

Алексей Тимофеев, президент НАУФОР: Напоследок хотел бы предоставить слово Ивану Басову. Он представляет ассоциацию ФинТех. НАУФОР и Ассоциация ФинТех в рамках работы Финополиса подписали соглашение о сотрудничестве. Соглашение предусматривает взаимодействие наших ассоциаций в области развития розничного платежного пространства, идентификации, открытых API и технологий распределенного реестра. В рамках наших ассоциаций мы договорились о взаимных консультациях и обмене экспертизой. чтобы совместными усилиями реализовать общие технические проекты по развитию финансовой индустрии. У ассоциации ФинТех уже есть повестка из нескольких конкретных проектов, но лучше, чем Иван, об этом никто не расскажет.

Иван Басов, главный аналитик, ассоциация «Финтех»: Ольга Шишлянникова очень интересно говорила здесь о стандартизации. Хотелось бы пойти дальше и стандартизировать всю инфраструктуру в целом. В частности, основные направления работы нашей ассоциации Финтех - это открытое API, моментальные платежи, блокчейн, мастерчейн и идентификация. Самое главное - это создание единой платформы, на которой точки входа были бы едины для всех и не надо было придумывать новые программы или новые хабы для подключения.

Я бы хотел сейчас остановиться на моментальных платежах, потому что они особенно важны для участников рынка ценных бумаг. В первую очередь, благодаря процедуре упрощенной идентификации, возросло количество счетов, открываемых онлайн - и пополнять их, конечно же, удобнее тоже сразу, в режиме онлайн. Но сейчас клиента либо отправляют в мобильный банк, либо, что еще хуже, он должен идти непосредственно в отделение и там оформить платежку, занести и перевести деньги. Это отнимает время, ведь потребуется еще ждать зачисления средств, а также падает конверсия. Вот тут как раз могли бы существенно помочь моментальные платежи. Они могли бы ускорить процесс пополнения брокерских счетов, в том числе ИИС, и упростить вход на фондовый рынок для клиентов - физических лиц.

Владислав Кочетков, президент инвестиционного холдинга ФИНАМ: Так со скоростью как раз проблем нет - главная проблема состоит в том, что эквайринг дорогой.

Иван Басов, главный аналитик, ассоциация «Финтех»: Вопрос стоимости тоже будет прорабатываться в рамках системы моментальных платежей. Мы предполагаем, что пополнение брокерских счетов будет отработано на 2 этапе, потому что на первом этапе - будет отыгран сценарий P2P платежей. Сначала нужно построить хорошую платформу, удобную, масштабируемую. А дальше можно будет на нее навешивать все что угодно, любые виды платежей, которые будут востребованы на рынке. Нужно просто четко понимать, что создание новой системы платежей - процесс достаточно трудозатратный: не надо торопиться, поскольку за пару недель эту систему никак не запустить. Если все хорошо пойдет, то я надеюсь, что мы сможем увеличить функционал моментальных платежей к концу 2018 - началу 2019 годов.

Алексей Тимофеев, президент НАУФОР: Я думаю, что для такой системы не будет места на рынке, если она не будет дешевой.

Иван Басов, главный аналитик, ассоциация «Финтех»: С каждым годом стоимость платежей уменьшается. В разрезе именно участников рынка ценных бумаг при пополнении счетов эта тенденция будет сохранена. При том, что нужно больше популяризировать непосредственно инвестиционную культуру.

Алексей Тимофеев, президент НАУФОР: Скажу о том, почему НАУФОР вступил в этот проект. Мы благодарны ассоциации Финтех, с которой сегодня подписали соглашение о взаимодействии. Потому что с нашей стороны мы хотим предложить экспертизу относительно того, зачем нужны определенные системы и сколько они должны стоить. А ассоциация Финтех готова эту экспертизу принять, с тем, чтобы проект касался не только банков, но и профучастников рынка ценных бумаг. В этом взаимодействии состоит миссия НАУФОР, мы намерены позаботиться о том, чтобы система быстрых переводов получилась дешевой, эффективной и конкурентоспособной.

Иван Басов, главный аналитик, ассоциация «Финтех»: Напоследок скажу, что нам очень важно учесть мнение финансового рынка в целом. Надеюсь, что у нас в этом смысле все будет плодотворно.

Ольга Шишлянникова, первый зам.директора департамента рынка ЦБ и товарного рынка: Знаете, я, наверное, за моментальные платежи, но они - не всегда благо. Иногда клиент, пока дойдет до банка, может переосмыслить предложение, полученное от брокерской компании. При моментальном платеже у Банка России как структуры, защищающей интересы потребителей, может увеличиться количество обращений граждан, желающих обжаловать действия финансового посредника. Так что я призываю рынок к осторожности.

Алексей Тимофеев. Хочу еще раз поблагодарить всех наших спикеров, большое всем спасибо за участие в дискуссии.

Дата публ./изм.
16.10.2017