Индустрия финансовых посредников находится между "молотом и наковальней" - интервью А.Тимофеева агентству Прайм, 23 сентября 2013

23.09.2013

Профессиональные участники рынка ценных бумаг находятся в ожидании изменений норм регулирования и надзора в связи с вступлением с 1 сентября 2013 года закона о мегарегуляторе. Федеральная служба по финансовым рынкам (ФСФР) упразднена, полномочия по регулированию, контролю и надзору в сфере финансовых рынков в РФ переданы Банку России.

О том, какие изменения можно ожидать на финансовом рынке в ближайшие годы, и какие инициативы готовят профессиональные объединения, в интервью агентству "Прайм" рассказал председатель правления Национальной ассоциации участников фондового рынка (НАУФОР), имеющей статус саморегулируемой организации (СРО), Алексей Тимофеев. Беседовала Елена Елина.

ФСФР в конце августа опубликовала проект приказа по пруденциальному надзору*, пригласив участников рынка к его активному обсуждению. Удалось ли НАУФОР обсудить этот документ? Какие изменения, на Ваш взгляд, необходимо в него внести?

Для нас обсуждение приказа ФСФР - возможность высказаться по поводу подходов к пруденциальному регулированию и специфики небанковских финансовых организаций, поэтому мы не пренебрегли такой возможностью. В конце августа комитет НАУФОР по рискам обсудил этот проект, сейчас мы готовим свои замечания и в ближайшее время направим их в ЦБ.

На наш взгляд, пруденциальный надзор нужно вводить поэтапно. То, что мы выходим в путь позже - не делает его короче. Введению пруднадзора должен предшествовать переход на отчетность по МСФО. Сейчас существуют планы о введении МСФО для негосударственных пенсионных фондов (НПФ) и управляющих компаний, начиная с отчетности за этот год.

Решения о введении их для профучастников нет, а учитывая, что уже осень, правильнее было бы вводить МСФО для всех с отчетности за 2014 год, что нисколько не повлияет на сроки введения пруднадзора. В течение 2014 года можно было бы разработать и ввести новую отчетность и пруденциальные требования, но без числовых значений.

В течение 2-3 лет можно было бы собирать отчетность, анализировать ее, и только после этого установить числовые показатели и ввести полноценный пруденциальный надзор с 2017-2018 года.

Кроме того, важно предусмотреть возможность использования IRB-подходов - то есть подходов, основанных на индивидуальных внутренних рейтингах. У многих крупных небанковских организаций управление рисками уже основано на таких подходах. В отсутствие требований со стороны регулятора крупные финансовые организации управляли рисками сами и делали это на основе базельских подходов или подходов Solvency.

Для многих из них введение регулятивных требований, которые не оставляют места для индивидуальных подходов, было бы шагом назад - стандартный подход будет снижать их эффективность и рентабельность при той же защите от рисков. Возможно, что роль оценки и согласования модели конкретной организации может быть возложена на саморегулируемые организации (СРО).

Более того, мелкие брокерские и дилерские компании, на наш взгляд, должны быть освобождены от пруденциального надзора. Это не значит, что у них нет рисков, но они не значительны, особенно, если такие компании осуществляют ограниченный круг операций, а издержки, связанные с пруднадзором, не сопоставимы с его пользой.

Проект приказа ФСФР следует иной логике - он не предполагает перехода на МСФО, не упоминает об IRB-подходах, не делает исключения для небольших компаний. Проект уже содержит числовые значения, причем, некоторые из них более жесткие, чем за рубежом. Например, резервирование под операции с центральным контрагентом (ЦК) в проекте ФСФР установлено с большим, чем принято недоверием к ЦК.

Вообще, создание мегарегулятора дает нам возможность координации подходов к пруденциальному регулированию банковских и небанковских организаций. В целом, мы бы хотели рассчитывать на то, чтобы брокерам и дилерам, не являющимся банками, будут позволены большие, чем банкам риски, - в противном случае для них не останется места на финансовом рынке.

Возможно, стоит обсудить целесообразность введения в России "правила Волкера" (запрет для банков на операции с финансовыми инструментами за собственный счет - прим. редакции). Это обсуждается и в Европе. То что все финансовые организации теперь находятся в юрисдикции ЦБ, на мой взгляд, не усложняет, а, наоборот, облегчают эту дискуссию.

В соответствии с проектом приказа ФСФР, профучастники должны проводить ежедневную оценку рисков. Вы с этим согласны?

Я думаю, что нам нужно верно дифференцировать компании по масштабу их деятельности и кругу операций, отразить эту дифференциацию в пруденциальных требованиях и периодичности отчетности в ЦБ.

Будет ли НАУФОР настаивать на снижении требований к капиталу профучастников, о чем вы не один год спорите с регулятором?

Да, для небольших и средних компаний, совершающих ограниченный круг операций. В настоящее время требования к капиталу завышены по сравнению с общепринятыми и не оставляют небольшим компаниям шансов для выживания. Именно поэтому из-за неадекватности регулятивных требований, а не из-за финансового кризиса, мы потеряли треть индустрии посредников с 2008 года.

В настоящее время ситуация усложняется, индустрия посредников находится между "молотом и наковальней" - между требованиями ФСФР к капиталу и требованиями к клиринговым членам, которые могут быть введены с 2015 года на Московской бирже.

В результате произойдет сильное расслоение рынка: многие брокеры должны будут стать субброкерами, а регулятивные требования не оставят шансов на рентабельность такого статуса. Это значит, что не позже, чем в следующем году, мы должны обеспечить регулятивные условия для сохранения эффективности субброкерского бизнеса.